В татарских женских именах, так же как и в других лексических единицах, находит отражение вся история развития татарского языка, в них до сих пор сохраняются элементы, которые вышли из употребления или претерпели серьёзные видоизменения в современном татарском языке. Именно поэтому результаты исследования женских личных имён могут прояснить многие сложные проблемы в области татарской лексикологии и диалектологии.

В результате исследования, проведенного на основе трудов известных татарских языковедов и историков Г. Ф. Саттарова, М.З.Закиева, Г. М. Давлетшина, а также Л. Н. Гумилёва и др., опираясь на данные, взятые из истории татарского народа и из истории развития и формирования татарского языка, а также с учетом характерных свойств лексической системы татарского языка, выявлены следующие этнолингвистические слои татарских женских имен:

Общеалтайский пласт. Этот слой включает в себя очень древние имена собственные и составные компоненты имен, характерные для большинства языков алтайской группы – тюркского, монгольского, тунгузско–маньчжурского [3, С. 89]. Большинство из них до сих пор широко используется в тюркской, в том числе татарской антропонимии. Например, один из этих антропонимов – Чулпан выделяется особо активным использованием в языке Казанских татар. Следует отметить, что имена алтайского периода, в основном, дошли до нас в виде топонимов, а также в составе фамилий [2, С. 24].

Древний общетюркский пласт. Многие слова и имена, общие для современных тюркских языков, имеют очень древнее происхождение. Прежде всего, это антропонимы, в основе которых лежат названия небесных тел и явлений природы. Среди них наиболее активными являются такие антрополексемы, как таң (заря), яз (весна), ай (луна), кояш (солнце). Например, от корня таң (заря) образованы многие женские личные имена, в татарском языке: Таңбикә – таң (утро, заря) + бикә (госпожа), Таңсылу – таң (заря) + сылу (прекрасная), Таңсу – таң (заря) + су (вода, роса), в казахском – Таншолпан – таң (утро) + шолпан (звезда); в туркменском – Даңбала – даң (утро, заря) + бала (ребенок), в киргизском – Таңсулу – таң (утро) + сулу ( прекрасная) и др.

Общестаротюркский пласт включает в себя булгарские и кыпчакские подпласты. В женских именах, сохранившихся в эпитафических памятниках, в описаниях родословных, в деловых бумагах, и т. д., отражены языческие верования и традиции наших предков. В кыпчакском письменном памятнике ХIII века часто встречаются женские имена, образованные от корня ай (луна), считавшейся священным небесным телом, которому поклонялись древние кыпчаки. Например, это ныне вышедшие из употребления имена Айсаву, Айсили, Айкине. В то же время в этом же памятнике упоминаются и такие имена, как Айва, Йолдыз, которые используются и в наши дни [1, С. 82]. Кроме того, некоторые имена, выражающие желание родителей видеть свою дочь красивой, обаятельной, также восходят к древнебулгарскому периоду. Например, в материалах "Ревизских сказок" 1834 года, встречаются имена Күркәм, Күркәмбикә (красавица, прелесть).

Старотатарский пласт прослеживается в большинство женских имен татарской антропонимии. Эти имена отличаются своей структурной четкостью, в основном они состоят из одного, двух, реже – трех корневых слов. Например, это простые имена Былбыл (соловей), сложные – Байбикә (богатая госпожа), Ханбикәч (любимица, невеста), среди имен сложной конструкции наиболее активной, особенно в конце XX века, является антрополексема миңле (с родинкой): Миңлесылу (красавица с родинкой), Миңлегөл ( цветок с родинкой).

В заимствованный пласт включаются имена, пришедшие в татарский язык из арабского, персидского, русского и западноевропейских языков. Имена, заимствованные из арабского языка, делятся, в свою очередь, на две подгруппы:

а) женские имена религиозного – исламского значения;

б) женские имена светского значения.

Женских имен носящих ярко выраженный религиозный оттенок значения меньше, чем мужских. Это в основном, имена родственниц пророка Мухаммеда, такие как Әминә, Хәдичә, или названия мусульманских религиозных праздников – Корбанбикә (от праздника жертвоприношения Курбан–байрам), Гаетсылу (от праздника Гает), Мәүлидә (название священного месяца Маулид) и др.

Большинство женских имен светского содержания базируется на понятиях изящества и обаяния. Это подтверждается приведенными в данном исследовании фактическими материалами: Газизә (дорогая, милая), Сәгадәт (счастье, удача) и др. Следует отметить, что среди имен, заимствованных из арабского языка широко использовались имена с компонентами бәнат (девушка), камал (совершенная, без изъяна), ниса (женщина, госпожа), нур (луч), җамал (красавица), камәр (луна), шәмсе (солнце), подчеркивающие красоту, изящество женщин: Нурҗамал (лучезарная красавица), Камәрсылу (красивая, изящная как луна) и др.

Персидские заимствования отражают этико–эстетические взгляды населения, его восприятие красоты и изящества. Среди них также особое место занимают имена, указывающие на искренность души, красоту, изящество, ум, мудрость женщин: Мәрдидә (смелая, храбрая), Рушания (лучезарная) и др. В процессе данного исследования было выявлено, что если в конце XIX – начале XX века были широко распространены женские имена, заимствованные из персидского языка с компонентами маһи (луна), бану (госпожа), биби (девочка, хозяйка), җиһан (свет, вселенная): Маһинур – маһи (луна) + нур (луч), Җиһания – җиһан (вселенная) + –ия, Гөлбиби – гөл (цветок) + биби (госпожа) и др., то в настоящее время среди компонентов, заимствованных из персидского языка, активно используется в образовании женских имен такие антрополексемы, как гөл (цветок), наз (нежность), шат (радость): Гөлшат – гөл (цветок) + шат (радость), Айназ – ай (лунная) + наз (ласка, нежность) и т. д.

Татарские женские личные имена, заимствованные из русского языка, и проникшие посредством русского языка из европейских языков, в ХIХ не встречаются, так как они стали проникать в татарскую антропонимику в начале ХХ века после исторических событий, связанных с Октябрьской революцией: Светлана (лучезарная), Роза (цветок розы), Резеда (цветок резеды), Венера (планета Венеры) и др. Большинство из них в татарском языке претерпели фонетические и морфологические изменения, приспособились к нормам орфоэпии татарского языка. Особенно часто встречаются чередования гласных: о ~ а, у; э ~ и, ә; а ~ ә; е ~ и; ю ~ ү: Флорида – Фларида, Эльмира – Илмира, Ленора – Ленура и др.

Новые татарские имена. К ним относятся татарские женские личные имена, отражающие происходящие в стране общественно–политические и культурные события. Их основу составляют понятия, обозначающие, как правило, приятные явления в жизни человека: Иркә (ласка), Сөмбел (цветок гиацинт), Энҗе (жемчужина) и т. д. Появляются новые татарские женские антропонимы, образованные сочетанием компонентов ай, ил, шат, наз активно использовавшихся при образовании имён ещё в ХIХ веке, с новыми компонентами глагольной формы, такими как сөя (любит), сибә (рассыпает), үсә (растет): Илсөя – ил (родина) + сөя (любит), Гөлүсә – гөл (цветок) + үсә (растет) и т. д.

Таким образом, татарские женские личные имена представляют собой самостоятельную сложную систему, отражающую характерные особенности лексической системы татарского языка, которая развивалась, обновлялась и совершенствовалась в течении веков.

1. Курышжанов, А. Исследование по лексике старокыпчакского письменного памятника XIII в. «Тюрко–арабского словаря» / А.Курышжанов. Алма–Ата, 1970. 210с.

2. Мазитова, Ф. Л. Историко–лингвистический анализ татарских фамилий: Дис. … канд. филол. наук / Ф. Л. Мазитова. Казань, 1986. 245 с.

3. Саттаров, Г. Ф. Мәктәптә туган як ономастикасы / Г. Ф. Саттаров. – Казан: Татар. кит. нәшр., 1984. 208 б.